Демократия.Ру




Каждый человек несет ответственность перед всеми людьми за всех людей и за все. Федор Михайлович Достоевский (1821-1881), российский писатель


СОДЕРЖАНИЕ:

» Новости
» Библиотека
Нормативный материал
Публикации ИРИС
Комментарии
Практика
История
Учебные материалы
Зарубежный опыт
Библиография и словари
Архив «Голоса»
Архив новостей
Разное
» Медиа
» X-files
» Хочу все знать
» Проекты
» Горячая линия
» Публикации
» Ссылки
» О нас
» English

ССЫЛКИ:

Рейтинг@Mail.ru

Яндекс цитирования


21.10.2019, понедельник. Московское время 06:27


«« Пред. | ОГЛАВЛЕНИЕ | След. »»

Статистические показатели партийности

Собранные нами данные представлены в Таблице 1 (с учетом всех упомянутых выше возможных специфических нюансов, спорные или неоднозначные ситуации по ряду регионов представлены в сносках). В первой графе содержится название региона и краткие данные о представительном органе — название, численный состав и особенности избирательной системы, во второй графе данные по предыдущему созыву данного регионального парламента — дата выборов, созыв, число избранных партийных депутатов и их разбиение по субъектам выдвижения или указанного членства (данные указаны как в абсолютных цифрах, так и в процентах от общего числа избранных депутатов), в третьей графе данные по выборам действующего созыва — дата выборов, название созыва, и также как и по предыдущему созыву число избранных партийных депутатов и их разбиение по субъектам выдвижения или указанного членства (также абсолютные цифры и процент), в четвертой графе — данные о фактическом партийном составе действующих созывов (из-за расхождений в ряде регионов между фракциями и депутатскими объединениями указано две цифры — доля как партийных депутатов, так депутатов-членов депутатских объединений в принципе).

В отдельную Таблицу 2 выведены данные по 4 регионам, где по состоянию на весну 2003 законодательные собрания избирались по смешанной системе (Красноярский край, Калининградская, Псковская и Свердловская области), в таблице отражен партийный состав той части депутатов данных законодательных собраний, которая избрана по мажоритарной системе.

Как видно из приведенной таблицы, в большинстве регионов в третьем электоральном цикле по сравнению со вторым произошло снижение заявленной на выборах партийности избранных депутатов, оно отмечено в 38 регионах, в частности в таких как Татарстан, Алтайский, Краснодарский, Ставропольский, Хабаровский края, Иркутская, Белгородская, Брянская, Липецкая, Ивановская, Калужская, Курская, Курганская, Мурманская, Новосибирская, Омская, Оренбургская, Ростовская, Рязанская, Смоленская области, город Санкт-Петербург и др. Еще в 18 регионах заявленная партийность почти не изменилась, а в 10 регионах осталась фактически нулевой (в частности в таких регионах, как Ингушетия, Калмыкия, Костромская, Магаданская, Новгородская, Челябинская области, Таймырский, Эвенкийский, Ханты-Мансийский, Чукотский автономный округа). Только в 18 регионах отмечен рост заявленной партийности, причем в большинстве случаев он носит «технический характер» — от одних низких показателей к другим, тоже низким (так в Бурятии вместо ноля стало 2, в Коми-Пермяцком АО 1 вместо ноля, в Нижнем Новгороде вместо 2 стало 3, в Ленинградской области 6 вместо 4 и т.д.), относительно существенное изменение показателей заявленной партийности в сторону увеличения отмечено только в Амурской области (где произошел переход от двухмандатных к трехмандатным округам — стало 7 вместо ноля), Архангельской области (5 вместо 1), Владимирской области (9 вместо 5), Саратовской области (10 вместо 3), Тверской области (10 вместо 3), Удмуртии (51 вместо 36). Экстремальный рост отмечен в Республике Башкортостан на выборах 16 марта 2003 — от нулевой партийности к почти полной (состоят в партиях 98 избранных депутатов из 120). Как представляется «башкирская аномалия» не связана с ростом авторитета партий в Башкирии, а скорее с решением правящей кланово-корпоративной верхушки выдвинуть своих представителей под брэндом «Единой России», столь же быстро все 89 депутатов Госсобрания РБ от «Единой России» могут завтра перейти в любую другую партию. Подобная ситуация, когда полная беспартийность сменяется тотальной партийностью, часто характерна для регионов с в той или иной степени авторитарными политически режимами, преобладанием патриархальной или кланово-корпоративной системы власти — таких как Кузбасс, Башкирия, Татарстан, Калмыкия. Кроме того, наличие регионов, давших рост показателей, как правило связано с сугубо технологическим моментом — так в 1999 в Коми, Башкирии и Удмуртии официального выдвижения от ряда партий не было лишь по причине того, что многие региональные отделения не имели права на участие в выборах из-за требования прохождения года с момента перерегистрации (в основном это касается «Отечества»). В ряде регионов рост связан с тем, что ранее неформальные блоки приобрели официальный статус. Так в Амурской области в 1997 существовал успешный, но реально неформальный Блок поддержки левых сил социалистической ориентации, а в 2001 шло выдвижение уже непосредственно от КПРФ.

В тех регионах, где по округам избирается только часть депутатского корпуса, ситуация похожая, ни в Пскове, ни в Свердловске, ни в Калининграде, ни в Красноярске заявленная на выборах партийность «одномандатных» депутатов в 2000-2002 по сравнению с 1996-1998 почти не изменилась.

Соотношение заявленной и реальной партийности

В подавляющем большинстве регионов (т.е. почти во всех) реальная партийность Законодательных Собраний существенно (в 2 раза и более) выше, чем заявленная на выборах. Почти не отличается заявленная и реальная партийность в Камчатской и Московской области, Тыве, Коми, не столь велики различия в Курской области и некоторых других регионах.

В ряде регионов разница заявленной и реальной партийности просто огромна — от заявленной нулевой до почти 100% в уже работающей легислатуре. Почти все данные случаи представляют собой регионы с автократическими политическими режимами с «имитационной демократией», когда за формальным вступлением депутата в ту или иную партию ничего не стоит, кроме кланово-корпоративных интересов, это не связно ни с реальной силой партии в регионе, ни с массовыми настроениями. Столь резкое изменение партийности законодательных собраний в данных регионах по нашему по нашему убеждению говорит лишь о незрелости демократических практик в этих регионах. Так в Калмыкии при том, что и на выборах 1994 и на выборах 1998 не было избрано ни одного партийного депутата, в настоящее время 18 из 27 депутатов (67%!) входят в партию «Единая Россия». Столь же административным путем все 17 депутатов Магаданской областной думы вступили в «Единую Россию» (избраны они все как беспартийные). В Кабардино-Балкарии в Совет Представителей Парламента избран лишь 1 партийный депутат, однако членами «Единой России» стали 26 из 36 (72,3% — есть еще 1 коммунист). Похожие резкие расхождения отмечаются в Татарстане, Ханты-Мансийском, Чукотском, Эвенкийском автономных округах.

Интересно, что в 5 регионах реальная партийность на практике оказывается ниже, чем заявленная на выборах. Это Кемеровская область, Красноярский край, Новосибирская область, город Москва, и город Санкт-Петербург. Что характерно, это густонаселенные и индустриально развитые субъекты РФ. Во многих регионах нередко в коалиции и партийный списки входят формально беспартийные кандидаты. В случае, если регламент не предусматривает существование в законодательном собрании фракций, то эти беспартийные члены избирательных объединений оказываются как бы вне партий и фракций. В случае в Москвой и Кемерово имеет место похожий феномен — стремление кандидата на выборах войти в список поддержки харизматического лидера на выборах (А. Тулеев в Кемерово, Ю. Лужков в Москве), однако этот список, часто оформленный в виде соглашения или блока, при этом не тождественен членству в политических партиях и часто представляет собой эклектичное образование. В результате подобные блоки добиваются большого успеха на выборах, однако на их базе никаких групп и фракций не образуется. В Красноярске и Новосибирске ситуация отчасти похожая — здесь нет прямой увязки между формированием предвыборных блоков на выборах и партийность избранных депутатов. Особенно это хорошо видно на примере Красноярского края — большинство красноярских предвыборных блоков имеет чисто предвыборный, сиюминутный характер и под ними нет никакой реальной политической структуры и никакой системы членства или чего-то подобного (особенно сейчас, когда региональные партии федеральным законом запрещены), в результате депутаты избранные от таких блоков как «Наши», «Блок Анатолия Быкова», «За Лебедя» и др. фактически оказываются беспартийными. Также реально беспартийны многие депутаты Санкт-Петербургского Законодательного Собрания, прибегавшие к помощи партий на выборах по тем или иным причинам (как финансовым, так и политическим), особенно среди сторонников губернатора В.Яковлева. Особенность Санкт-Петербурга — существенные различия между числом депутатов-членов партий и числом депутатов-членов депутатских объединений.

Высокой является степень персонификации региональных выборов даже в тех регионах, где использовалась в том ли ином виде смешанная, мажоритарно-пропорциональная система. Однако даже там вступление кандидатов тот или иной блок связано, кроме редких случаев искренней идеологической привязанности, с желанием воспользоваться популярностью того или иного возглавляющего блок политика.

«« Пред. | ОГЛАВЛЕНИЕ | След. »»




ПУБЛИКАЦИИ ИРИС



© Copyright ИРИС, 1999-2019  Карта сайта