Демократия.Ру




Не всегда молва ошибается, иногда и правильно разберется. Тацит Публий Корнелий


СОДЕРЖАНИЕ:

» Новости
» Библиотека
Нормативный материал
Публикации ИРИС
Комментарии
Практика
История
Учебные материалы
Зарубежный опыт
Библиография и словари
Архив «Голоса»
Архив новостей
Разное
» Медиа
» X-files
» Хочу все знать
» Проекты
» Горячая линия
» Публикации
» Ссылки
» О нас
» English

ССЫЛКИ:

Рейтинг@Mail.ru

Яндекс цитирования


21.10.2019, понедельник. Московское время 03:06

Средства массовой информации и выборы

Майкл Пинто-Душинский

Доктор Майкл Пинто-Душинский

Написание этого доклада стало возможным благодаря финансовой поддержке Агентства США по Международному Развитию (USAID). Точка зрения, отраженная в настоящем докладе, не обязательно совпадает с мнением USAID или Международного Фонда Избирательных Систем.

Введение

Почему в странах Запада написано столько книг и статей по вопросу о политике и средствах массовой информации? Почему не иссякает поток научных и популярных работ по этой теме? Существуют, по крайней мере, три причины: во-первых, эта тема крайне важна для функционирования демократического правительства. Контроль над средствами массовой информации обеспечивает власть. Концентрация контроля над телевидением и прессой, будь то в руках существующего правительства, или в руках частного лица или компании, приводит к концентрации власти, которая может поставить под угрозу свободные и справедливые выборы.

Во-вторых, по вопросу «политика и средства массовой информации» опубликовано много книг, поскольку он включает несколько проблем (как будет продемонстрировано ниже), а не просто единственную проблему.

В-третьих, у этих проблем нет простых ответов.

В число обычных вопросов и сложностей, рассмотренных в данном докладе, входят следующие:

Влияние государства на средства массовой информации или его контроль над СМИ в целом и, в частности, над политическими аспектами средств массовой информации (например, передачи новостей).

Какова должна быть роль регулирующих органов? Каковы основные формы регулирования в политическом вещании?

Должны ли существовать различные правила для электронных СМИ (телевидение, радио и кабельные сети) и для печатных СМИ (газеты, журналы и книги)?

«Дурной вкус» и экстремизм: должны ли руководители вещательных станций иметь право отказа кандидатам и партиям в использовании выделенной им доли бесплатных или субсидированных передач на том основании, что они причисляют поощрение к расовому насилию либо иным образом нарушают стандарты общественной нравственности?

Должны ли партии и кандидаты иметь право ответа на «негативные» заявления против них?

Проблемы принудительного исполнения

Существуют и другие проблемы и вопросы, которые также заслуживают внимания, но не рассмотрены в настоящем докладе, хотя они и не менее важны. Среди них имеются следующие:

Концентрация власти в руках «газетных баронов» и « магнатов прессы», то есть отдельных богачей и корпораций; например, Сильвио Берлускони в Италии или Руперта Мердока в Австралии, США и Британии.

Иностранная собственность

Распределение бесплатного или субсидированного времени на теле- и радиостанциях для передач в интересах отдельных партий: следует ли обязать вещательные станции предоставлять бесплатное или субсидированное время? Каким образом следует распределять возможности бесплатного или субсидированного политического вещания между конкурирующими кандидатами и политическими партиями? Каковы принципы, на которых должно основываться подобное решение?

Проблемы низкого качества политических передач.

Проблемы, связанные с меняющимися технологиями связи.

Настоящий доклад рассматривает права и обязанности средств массовой информации, равно как и обеспечение честного и непредвзятого освещения избирательных кампаний. Вопросы, рассматриваемые в настоящем докладе, предполагают два важных фактора:

Наличие достаточного количества представительств независимых средств массовой информации для информирования как можно большего количества избирателей.

Своевременное распространение и прозрачность информации, относящейся к избирательной кампании, которую правительство предоставляет средствам массовой информации, некоммерческим организациям и общественности.

Международный опыт показывает, что каждый из этих факторов эффективно поднимает уровень доступной информации о кандидатах и политических партиях, участвующих в избирательном процессе. Это помогает создать условия, стимулирующие честное и открытое освещение событий, одновременно способствующие принятию информированных, независимых решений.

Исследуя опыт различных стран в деле рассмотрения вопросов, касающихся необоснованного контроля средств массовой информации правительством, негативной политической рекламы, а также эффективного предотвращения нарушений в области средств массовой информации, настоящий доклад предлагает законодателям и политикам набор идей, которые могут помочь укрепить законодательную базу и усовершенствовать соответствующие процедуры.

1. Проблема государственного контроля или влияния на средства массовой информации

Выборы будут «несправедливыми», если правящая партия или действующий президент (либо премьер-министр) обладают слишком значительным влиянием на телевидение, радио и прессу. Партии и кандидаты, желающие бросить им вызов у избирательных урн, окажутся в невыгодном положении, если не смогут представить свои аргументы.

Правительства могут контролировать средства массовой информации разными способами. Иногда они делают это грубо, иногда завуалированным способом. Несколько лет назад я встречался с президентом одной из «новых демократических стран». В его стране были жалобы на то, что журналисты из оппозиционных газет подвергались арестам по необоснованным обвинениям в опубликовании секретной военной информации, что телевизионные новости отличались открытой предвзятостью в пользу президента, что иностранным новостным агентствам не разрешалось работать в этой стране, и так далее. Я задал вопрос о свободе средств массовой информации. Глава государства без колебаний ответил: «Свобода средств массовой информации? Никогда, пока я буду президентом. Зачем нужны какие-то службы новостей, кроме официального государственного агентства? Так называемые «свободные» журналисты хотят лишь оболгать меня».

Правительственный контроль над государственными каналами телевидения не ограничивается «новыми демократическими странами». При генерале Шарле Де Голле французское телевидение было печально известно тем, что оно контролировалось правительством.

Однако даже в тех случаях, когда телевидение и пресса, по-видимому, обладают значительной степенью независимости, правительство может оказывать значительное неформальное влияние. Этого можно достичь следующими способами:

Подача политической пропаганды в форме «государственной информации». Например, правительство может выбрать период незадолго до выборов, чтобы начать информационную кампанию по «ознакомлению» с нововведениями в системе здравоохранения, либо с целью подтолкнуть население к защите своих пенсионных прав, либо с целью документально проиллюстрировать некоторые достижения правительства. Как правило, для оплаты размещаемой в газетах или на коммерческих телевизионных станциях рекламы правительство использует государственные средства.

Косвенное давление на руководителей телевизионных станций. Если находящиеся в государственной собственности телевизионные станции зависят от государственного финансирования, то намека на предстоящее сокращение бюджета может быть достаточно, чтобы дать четко понять: «если вы будете критиковать правительство в новостях и других программах, пострадают ваши финансы».

Производство новостей. Если правительство накануне выборов объявит войну, введет снижение налогов или повысит пособия, у вещателей не будет иного выбора, как сообщить об этом, даже если они подозревают, что правительство пытается преднамеренно манипулировать общественным мнением.

Управление новостями. Правительства могут вознаграждать симпатизирующих им журналистов и дружественных владельцев газет, передавая им эксклюзивную новую информацию и отказывая в информации репортерам, которые известны своей критической позицией.

Законодательное давление и вознаграждение. Правительство может выступить с угрозой введения законодательства, которое наказывало бы владельцев конкретных газет. Оно может, например, принять закон о том, чтобы одно лицо или фирма не могли одновременно владеть газетами и телевизионными станциями; оно может также ограничить долю газетного рынка, которая принадлежит одному собственнику. Намека на такой законодательный акт может оказаться достаточно, чтобы убедить владельца газет принудить журналистов более благожелательно относиться к правительству в своих статьях, в надежде избежать принятия неблагоприятных для него законодательных или нормативных актов.

Влияние на «независимые» регулирующие органы. Если существует предположительно независимый орган, отвечающий за контроль над прессой или средствами массовой информации, то действующее правительство может обладать правом на назначение некоторых членов этого органа. Тем самым оно имеет возможность обеспечить, чтобы ряд членов совета являлся его сторонниками.

Корень проблемы, связанной с «преимуществом действующей власти», лежит в том, что обычно отсутствует четкое естественное различие между теми действиями, которые президент, правительство или законодатель предпринимает естественным образом в порядке исполнения своих официальных обязанностей, и действием, предпринимаемым с целью переизбрания1 Правительство, сокращающее налоги перед выборами, может действительно поступать так на благо страны; однако оно может также принимать решения, мотивированные партийными интересами в предстоящей кампании. Конечно, президент может время от времени выступать на собрании членов партии - особом партийном мероприятии. Чаще всего при исполнении государственных обязанностей, якобы не имеющих партийного характера, преследуется четкая, хотя и не объявленная партийно-политическая задача.

Существуют три подхода к решению проблемы, связанной с несправедливым государственным влиянием на средства массовой информации. Конечно, все они несовершенны. Однако совершенных решений не существует.

1.1. Установление правил и статистических нормативов

Возможно, что органы власти, отвечающие за регулирование телевизионного вещания, или комитет, состоящий из представителей всех политических партий, согласуют набор твердых правил по вопросам освещения политики в новостях и аналитических программах.

Такие правила могут предусматривать предоставление бесплатного времени для политических передач различных партий, а также много других аспектов. Примерами правил, нацеленных на ограничение правительственного влияния, особенно в период, непосредственно предшествующий выборам, являются следующие:

запрет на освещение по телевидению церемонии открытия президентом новых дорог, мостов, больниц, школ и прочих «предвыборных взяток»;

право ответа оппозиционных политических лидеров на новости, вызывающие сильный общественный интерес. Например, если президент объявляет внезапное военное нападение на другую сторону, одинаковое время для выступления с заявлениями предоставляется лидерам оппозиции (возможно, для изложения мнения о том, что президент произвел данное нападение с целью увести внимание общественности от внутреннего экономического кризиса, сексуального скандала и так далее);

правило о том, что для передачи новостей о правительстве и о каждой из оппозиционных партий отводится конкретное время в минутах. Например, во время всеобщих выборов в Великобритании, отвечающие за телевизионное вещание органы власти были обязаны отвести одинаковое время на сообщения о кампаниях правящей партии и оппозиционной партии; третья партия - либеральные демократы - также получила установленную и согласованную квоту времени (обычно 80 процентов от времени, предоставленного правительственной партии и основной оппозиционной партии).

Эти жесткие правила хороши тем, что они имеют механический характер и могут измеряться в статистическом выражении. Таким образом, они пригодны в ситуациях, когда имеет место фундаментальное недоверие между партиями и руководством телевидения. В то же время, им присущи несколько недостатков.

Жесткие правила вызывают неприятие у журналистов, поскольку они ограничивают их свободу выносить самостоятельные суждения о новостной ценности событий. Например, если осуществляется военная операция, могут быть серьезные причины для информирования общественности о происходящем. Обязательство предоставить равное время на сообщение о соображениях, высказанных политиками оппозиции, может быть здесь неуместно. В других случаях может быть желательным уделить основное новостное время сюжетам об оппозиции. Мнение репортеров таково: «Доверяйте нам. Свобода прессы и телевидения требует, чтобы политики дали полномочия принимать решения независимым репортерам». Именно такой довод был недавно выдвинут от имени британской вещательной корпорации Би-Би-Си против правил, которые требовали поминутного подсчета времени, уделяемого в телевизионных новостях конкурирующим партиям.

Более того, может быть подорвана сама идея, лежащая в основе жестких правил относительно времени освещения в телевизионных новостях. Если производитель телепередач предвзято относится к одной из партий, он может передавать нудные выдержки из речи политиков этой партии, одновременно выдавая более интересный и привлекательный набор новостных сюжетов о партии, которую он предпочитает. Равное время в новостных программах не гарантирует одинаково благоприятного отношения.

Поминутный подсчет новостного времени также становится сложным, когда существует большое количество партий и кандидатов.

В связи с этими проблемами подобные «автоматические» правила, если они вообще существуют, применяются только в течение относительно короткого периода времени непосредственно перед выборами. В Великобритании правила поминутного подсчета при освещении в программах новостей деятельности правительственной и оппозиционных партий действует только в течение примерно одного месяца.

1.2. Создание независимых регулирующих органов.

В некоторых странах (включая, конечно, Российскую Федерацию) созданы комитеты, действующие в качестве буфера между вещателями и правительством. Члены таких органов могут исполнять роли, аналогичные роли судей. Как и у судей, действенность таких независимых регулирующих органов зависит от завоеванного ими авторитета. Это, в свою очередь, зависит от порядка назначения членов в их состав. Если существующее правительство обладает чересчур сильным влиянием в вопросах назначения членов регулирующего органа, а назначенные лица не имеют общественного авторитета, то оппозиционные партии и политики будут рассматривать решения подобного органа с подозрением.

Помимо независимых регулирующих органов для государственных и частных телевизионных станций, которые обычно создаются по законодательству, существуют также добровольные органы, учрежденные газетами или коммерческими рекламными организациями. Эти органы представляют собой форму «саморегулирования»; демонстрируя то, что они могут сами себя регулировать, газеты, организации политического лоббирования, а также коммерческие рекламные компании пытаются удовлетворить общественное недовольство в связи с заявлениями о допущенных ими эксцессах и нарушениях. Таким образом, «саморегулирование» может избежать потребности в нормативном регулировании. Иногда подобные органы составляют кодексы поведения и рассматривают жалобы политиков или общественности. Такие органы, в отличие от судов, не могут принудить своих членов к предъявлению доказательств и не могут налагать взыскания, имеющие обязательную силу по закону. Тем не менее, они обладают сильной неформальной властью.

Например, в Великобритании существует Комиссия по жалобам на прессу (Press Complaints Commission), председателем которой является хорошо известная личность, не связанная профессионально с журналистикой. Комиссия по жалобам на прессу принимает решения по конкретным жалобам, которые могут вызывать значительный интерес общественности. Она также пытается убедить своих членов дать согласие на соблюдение некоторых стандартов (например, в плане уважения личной жизни детей, принадлежащих к Королевскому дому). Наблюдатели не имеют единого мнения по поводу действенности органов «саморегулирования».

1.3. Создание политической культуры применительно к свободе печати.

На первый взгляд, это «решение» может показаться абстрактным и несущественным. Действительно в краткосрочном плане эта идея может быть утопической. Тем не менее, она может также обеспечить наиболее эффективное решение. Это видно из примеров.

В Великобритании в 1980-х годах тележурналисты были озабочены (справедливо или нет) тем, что они считали необоснованным давлением, которое правительство оказывало на независимость британской вещательной корпорации ВВС, находящейся в государственной собственности, но работающей независимо. Это давление включало угрозы в связи с будущим финансированием, а также нечто, что рассматривалось как вмешательство в редакторские решения по конкретным публицистическим программам. Вещатели отреагировали на это короткой и по большей мере символической забастовкой. Кроме того, они обошли смысл некоторых нормативных актов. Когда им было запрещено передавать в эфир голоса лидеров Ирландской республиканской армии и связанных с ней политических движений, они наняли актеров, четко передававших голоса, которые им было запрещено непосредственно записывать. Эта акция должна была дать правительству понять, что за попытки вмешательства в независимость репортеров ему придется заплатить высокую политическую цену (в смысле неблагоприятного освещения в новостях).

В некоторых странах созданы исследовательские институты, которые контролируют политическое вещание. Если, как в Мексике, по телевидению неприлично часто сообщалось о деятельности правительства, исследовательские доклады, зафиксировавшие подобные факты, помогли создать давление общественного мнения в интересах более справедливой подачи материала.

2. Как контролировать избирательные кампании на предмет злоупотребления негативными или «бытовыми» методами ведения конкурентной борьбы

В Соединенных Штатах, в частности, и на Западе, в целом, тема «негативных избирательных кампаний» вызвала значительную озабоченность. Накануне всеобщих выборов 1997 года в Великобритании высказывалось много соображений, в том числе критических, в связи с одной рекламой, которая была оплачена консервативной партией (в то время правящей). Данная реклама появилась на коммерческих стендах (платная политическая реклама в Великобритании запрещена). Лидер лейбористской партии был изображен на ней с глазами дьявола. Некоторые сочли плакат с «дьявольскими глазами» юмористическим; другие считали, что он отличался весьма дурным вкусом.

Негативный элемент избирательных кампаний в Соединенных Штатах часто состоит из платной телевизионной рекламы, порой в форме очень короткого ролика. Как правило, такая реклама состоит из короткого негативного заявления или статистических данных о кандидате-противнике.

Часто критике подвергаются так называемые «звуковые клипы» - короткие и потенциально сбивающие с толку заявления или ролики продолжительностью несколько секунд. Одним из наиболее известных звуковых клипов было заявление Джорджа Буша, когда он был кандидатом в президенты: «читайте по губам - нет новым налогам». Другие звуковые байты зачастую состояли из нападок на политических конкурентов.

Однако, хотя некоторые способы, применяющиеся в ходе избирательных кампаний, и являются нежелательными, особенно по мнению ученых комментаторов, это совершенно не означает, что их можно или нужно запретить. Демократическая избирательная кампания была и будет достаточно жестким делом.

Полезно провести различие между тремя разными видами «негативной» избирательной кампании:

преувеличенные или необоснованные суждения;

неблагоприятные образы;

лживые нападки личного характера.

2.1. Высказывание преувеличенных или необоснованных суждений о конкуренте.

Политические лидеры всегда представляют способности и дела своих конкурентов в самом неприглядном свете. Основное средство против этого состоит в том, чтобы обеспечить всем кандидатам и партиям возможность высказаться. На телевидении соответствующие способы включают выделение бесплатного времени на политические передачи конкурирующих партий и кандидатов, а в некоторых странах и организацию политических дебатов. В ходе одних таких дебатов в США Рональд Рейган обратился к общественности и явно завоевал голоса, спокойно передразнивая своего оппонента Джимми Картера.

Короче говоря, обычно нет необходимости запрещать негативные заявления о политических противниках при условии, что новостные передачи являются беспристрастными, а для политического вещания партий предоставлено достаточно бесплатного времени.

Тем не менее, применительно к данному подходу было бы полезно сделать три оговорки:

Проблема негативных заявлений «сторонних лиц». Когда одна политическая партия или кандидат выступает с негативным заявлением о противнике, упомянутое выше демократическое средство против этого предполагает справедливый обмен аргументами. Однако вопрос принимает более сложный характер, когда в избирательную кампанию вмешиваются внешние группы давления. В Канаде, Соединенных Штатах и Англии возникали вопросы в связи с участием в избирательных кампаниях религиозных организаций, экономических групп интересов и лоббистских групп. Всех их обычно называют общим именем «сторонние лица».

Правила справедливого распределения времени между сторонами и законодательные ограничения на разрешенные расходы партий и кандидатов в ходе избирательной кампании подрываются, когда некая группа, не принадлежащая к конкретной партии, выступает с активными нападками на одну из сторон избирательной кампании. Например, религиозные группы, выступающие против абортов, порой выступали с нападками личного характера против кандидатов или партий, защищавших право женщин на аборты. Кандидатам, оказавшимся под огнем критики из таких непартийных источников, потребуется найти дополнительные ресурсы и дополнительные возможности для ответа на подобные нападки.

Если основной задачей избирательных правил является обеспечение справедливости применительно к основным партиям и кандидатам, то ответ состоит в запрете или строгом ограничении на все виды вмешательства со стороны «внешних» групп. Если же главной задачей является свобода слова, то подобный запрет на выражение своего мнения религиозными и прочими группами очевидно неприемлем. В некоторых странах в настоящее время существуют правовые прецеденты относительно законности запрета на свободу выражения мнений со стороны третьих лиц.2

Пресса и телевидение. Доктрины справедливого освещения обычно затрагивают телевидение и радио, но не прессу. Хотя закон часто обязывает производителей телевизионных программ обеспечить политическую справедливость, газетам разрешается явно и неприкрыто выступать на стороне определенной партии. Корни этого различия имеют в основном технический характер. В то время как в стране имеются сотни и тысячи различных газет, количество телевизионных каналов в прошлом было очень ограничено. Телевидение являлось естественной монополией, зачастую находилось в государственной собственности и управлялось государством. Именно поэтому оказалось необходимым ввести специальные меры защиты для обеспечения политической справедливости в подаче информации на телевидении и радио.

Новые технические средства, особенно развитие кабельных телевизионных сетей, в будущем могут смягчить различия между потребностями в регулировании прессы и электронных средств массовой информации.

Экстремизм и «дурной вкус». Демократические идеалы настоятельно требуют, чтобы партиям и кандидатам был обеспечен свободный и справедливый доступ в рамках весьма широкого круга мнений. Таким образом, желательно проявлять терпимое отношение к партиям с крайними и в целом неприемлемыми взглядами. Однако для подобной терпимости существуют границы. Является ли «демократичным» обеспечить свободу слова в интересах групп, пропагандирующих насилие и ненависть, особенно против расовых и религиозных меньшинств? Следует ли разрешить демонстрацию порнографических, отталкивающих или других шокирующих изображений?

Перед всеобщими выборами 1997 года в Великобритании некоторые из телевизионных организаций Великобритании отказывались выпускать в эфир передачи партийного политического вещания, подготовленные двумя группами. Одна из групп, которая вела кампанию за запрет абортов, хотела передать в эфир изображение человеческих эмбрионов, которые были настолько шокирующими, что лица, ответственные за регулирование телевидения, сочли невозможным демонстрацию их аудитории, где присутствовали бы несовершеннолетние дети. Они согласились показать остальную часть данного фильма, однако изображения, против которых они возражали, были заменены пустым экраном с надписью о том, что они являются чересчур шокирующими для показа.

В другом случае, один из телевизионных каналов отказался передавать в эфир подготовленную крайне правой политической партией передачу на том основании, что в ней пропагандировались экстремистские взгляды.

Индия представляет собой другой пример страны, где в политических передачах требуется соблюдать стандарты основных норм поведения и вкуса.

Очевидно, следует следить за тем, чтобы подобного рода цензура осуществлялась лишь в самых исключительных обстоятельствах. Но определить когда свобода слова превращается в проповедь насилия и ненависти, или какой образ порнографичен или оскорбителен, это все равно, что спросить «как нам определить, что есть искусство?» или «что есть непристойность?» Ответ, обычно, бывает таков: «Я не знаю, как это определить, но когда я это вижу, я распознаю это».3 Рассмотрение подобных субъективных интерпретаций авторитетным регулирующим органом гарантирует соблюдение надлежащего баланса между общественной нравственностью и свободой слова.

2.2. Содействие созданию неблагоприятного визуального образа соперника.

Говорят, что при генерале Шарле Де Голле французские телевизионные станции регулярно снимали оппозиционных политиков с таких ракурсов, чтобы сделать их на экране как можно более уродливыми, в то время как сам Де Голль и его сторонники изображались в самом лучшем свете. Такая невербальная предвзятость может оказаться весьма эффективной в средствах массовой информации, где, как говорят, «лучше раз увидеть, чем сто раз услышать».

В долгосрочной перспективе лучшим способом для контроля такой несправедливости в визуальной подаче материала было бы создание культуры справедливости среди журналистов. Это - долгосрочная задача. В краткосрочном плане полезную роль могут сыграть регулирующие органы.

2.3. Совершение необоснованных персональных нападок на конкурента и право конкурента на ответ.

Избирательная кампания иногда выходит за рамки обычной тактики грубых оскорблений и преувеличений. В случае распространения заведомо ложной информации, наносящей ущерб кандидатам, пострадавшие кандидаты должны иметь возможность добиться ее опровержения. При этом, по мере приближения избирательной кампании к финалу, такое опровержение должно быть незамедлительным.

Одним из примеров кампании «грязных трюков» является случай, когда в 1972 году группа, работавшая в интересах президента США и кандидата от республиканской партии Ричарда Никсона, организовала «грязные» нападки на одного из его конкурентов от демократической партии Эдмунда Маски. Эти люди пристроили в прониксоновскую газету в Нью-Гемпшире статью о том, что Маски использовал презрительную расистскую кличку в отношении граждан франко-канадского происхождения. Статья была явно нацелена на то, чтобы эти избиратели выступили против Маски. Ложь оказалась эффективным политическим оружием и успешно подорвала его избирательную кампанию.

С целью ограничить ущерб от такого рода тактики в ряде стран принято «право ответа». Следует отметить, что такое право ответа уместно в случае ложно утверждаемых фактов, а не выражения мнения; особенно оно уместно применительно к личным нападкам против политического противника.

Европейское право. На европейском континенте правовые системы часто обеспечивают физическим лицам и организациям право ответа на сделанные в прессе, на телевидении или радио заявления фактического характера4 Такие права оказываются хорошим средством против нападок в форме дезинформации, причем оно действует быстрее, чем возбужденные в судах иски за клевету. Европейское право на ответ хорошо развиты в том, что касается прессы, и было бы странным не применять его против электронных средств массовой информации. Берендт (профессор права СМИ в Университетском колледже Лондона) пишет:

    В Германии это считается средством защиты конституционных прав на достоинство и свободное развитие личности. Вклад, который осуществление этих прав вносит в достижение цели общественного обсуждения, имеет вторичное значение. Нормативные положения во Франции, Германии и Италии ... ясно подтверждают законные права. Действительно, ставшее серьезной вехой, решение конституционного суда Италии в 1974 году потребовало от парламента, чтобы он сформулировал понятие права... Данное право действует на благо физических лиц, а также ассоциаций.5

В Германии право ответа на утверждение фактического характера следует заявить незамедлительно, не позднее двух месяцев после передачи. Ответ должен быть передан в эфир без задержки в то же время дня, что и вызвавшая возражение передача.

В Италии данное право может успешно применяться против вещателя только в том случае, если его утверждение не соответствует фактам. Во Франции и, в целом, в Германии достаточно, чтобы жалобщик просто заявил о неточности передачи. Если руководство вещательной организации не передаст ответа, то данное право может быть принудительно осуществлено через гражданские суды.

Однако, между законодательствами Франции, Германии, Италии и некоторых других Европейских стран существуют различия в деталях. Поэтому Европейская комиссия предложила осуществить меры по гармонизации законодательства среди стран-членов Европейского Союза. Директива Европейской комиссии по радио и телевидению требует, чтобы все страны-члены предоставили право ответа или аналогичные меры воздействия любым лицам, чьи интересы пострадали из-за «не соответствующего фактам утверждения». Такая формулировка, по всей видимости, соответствует более узким правам, предусмотренным итальянским законодательством.

Британским законодательством право ответа не предусматривается, однако, Комиссии по жалобам на телевидение и радио (Broadcasting Complaints Commission) могут быть направлены жалобы на несправедливое освещение и вторжение в частную жизнь. Комиссия может обязать вещательную организацию опубликовать свои выводы, причем эта санкция некоторым образом напоминает принудительную публикацию ответа.6 Комиссия по жалобам на телевидение и радио была законодательно учреждена в 1981 году. В настоящее время она действует согласно закону 1990 года о телевидении и радио. В ее состав должны входить, по меньшей мере, три члена, назначаемых государственным министром, отвечающим за телевидение и радиовещание. На практике она состоит из пяти членов и представляет собой псевдосудебный трибунал. Положения закона устанавливают подробные правила применительно к процедуре и предельным срокам заявлений и жалоб, а также порядок их рассмотрения.

Помимо полномочий давать вещательным организациям обязательные указания об опубликовании в обобщенном виде жалобы и результатов ее рассмотрения, Комиссия публикует ежегодные отчеты с полным изложением вынесенных ею решений. Они относятся как к частным, так и к государственным вещательным станциям. Частные станции обязаны выполнять вынесенные Комиссией решения, поскольку это условие включено в их лицензии на право деятельности. Великобритания считает, что данные процедуры удовлетворяют требованиям, предписанным директивой Европейской комиссии по радио и телевидению.

В Соединенных Штатах право на ответ с 1946 по 1987 год определялось так называемой «доктриной справедливости», установленной Федеральной комиссией по связи (FCC). Доктрина справедливости была предметом достаточно многочисленных судебных прецедентов. Соответствующие решения Верховного Суда США также обобщаются в работе Барендта.7

Следует отметить, что обеспеченное правовой санкцией право на ответ обычно вводится в законодательном порядке для целей, которые гораздо шире предвыборных задач. Применительно к выборам, особая проблема состоит в том, что пострадавшие кандидаты и партии должны осуществить свои права очень быстро, чтобы действенно противостоять недобросовестным или ложным заявлениям. Судебные иски, хотя они могут быть полезны в качестве угрозы, обычно занимают слишком долгое время, чтобы дать положительные результаты до проведения выборов. Таким образом, важно, чтобы пострадавший кандидат мог сначала подать заявление в орган, отвечающий за регулирование электронных или печатных средств массовой информации.

3. Наказания за нарушение законов и нормативных актов, относящихся к средствам массовой информации

Предусмотренные законом наказания включают диапазон от административных предупреждений с одной стороны, до наиболее строгих санкций, связанных с отзывом лицензии, с другой стороны.8 Тем не менее, отзыв лицензии на деятельность телевизионной станции напоминает ядерное оружие. Это столь строгое наказание, что в реальной жизни оно не используется. С другой стороны, «предупреждение» оказывается слишком незначительным наказанием, чтобы предотвратить нарушения, особенно в тех случаях, когда в ходе предвыборной президентской кампании столь много поставлено на политическую карту.

Более того, существует конкретная проблема в связи с наказаниями государственных (в отличие от частных) вещательных каналов. Зачастую эти наказания занимают слишком много времени, чтобы быть действенными в момент собственно предвыборной кампании. Политические партии и кандидаты, пострадавшие от несправедливого или незаконного поведения со стороны телевизионной станции, в первую очередь требуют восстановления своих прав, а не наказания нарушителя. Право ответа является одним из наиболее эффективных мер для восстановления нарушенных прав.

Примеры наказаний различной степени тяжести, распространяющихся на частные вещательные каналы, приведены ниже:

Великобритания. Независимая комиссия по телевидению ITC (Independent Television Commission) является регулирующим органом, отвечающим за различные коммерческие телевизионные каналы. Она может налагать ряд санкций за нарушение условий лицензирования. Эти условия требуют, чтобы держатели лицензий соблюдали стандарты, изложенные в законодательстве о вещании и Кодексе Независимой комиссии по телевидению.

Ассортимент санкций начинается с полномочий дать телевизионной компании указание о передаче в эфир извинения или опровержения до полномочия на отзыв лицензии. Наказание может устанавливаться только после того, как компании предоставлена возможность изложить доводы в защиту своих действий.

Независимая комиссия по телевидению может дать вещательной компании указание не повторять определенные передачи, нарушающие правила. Это единственное право цензуры, которым обладает эта Комиссия.

За первое нарушение Комиссия может наложить финансовый штраф в размере до


1 См. Роберт А. Дал, Преимущества пребывания в должности: юридические и политические ограничения, Вашингтон, округ Колумбия: Международный Фонд Избирательных Систем, 1996.

2 См. Доклад Нила, том 1, стр. 208-212, Свобода слова и ее юридическая защита: сравнительный обзор.

3 См. Выборы Президента Российской Федерации: технический анализ и рекомендации по реформированию, Вашингтон, округ Колумбия: Международный Фонд Избирательных Систем, 1996.

4 См. Эрик Барендт, редактор, Закон о широковещательных средствах массовой информации: сравнительное исследование. Оксфорд: Clarendon Press, 1995, стр. 157.

5 См. Р. Lax. Il dirito di rettifica nell' editoria e nella radiotelevisione. Padua, 1989, 70-9.

6 Барендт, стр. 158.

7 Барендт, стр. 158.

8 Барендт, стр. 155.




ПУБЛИКАЦИИ ИРИС



© Copyright ИРИС, 1999-2019  Карта сайта